Слушать JANSENA - Пока пиздят.mp3

Ой-да шепчут ветры, носят голоса
Про меня там правду крутят на словах
То ль завяжут их, то ль пустота
Дай не мне судить — у каждого правда своя

Я иду по дороге — пыль да колея
За спиной не песня — шум да толчея
И если имя тронуто — это злой язык
Значит, не напрасно этот путь вязник

Пока пиздят — мы живые, слышишь, это знак
Значит, сердце бьётся не просто так
Пока пиздят — не стёрли и не сожгли дотла
Значит, наживёт жизнь своя

А как станет тихо — не зови, не жди
Там уже не слышно ни души, ни любви
Пусть уж лучше ветер унесёт мой след
Чем исчезну тихо, будто и не был свет

Да они говорят, но не знают соль
Им бы чужую жизнь на языке нести
Каждый судья, пока сам не в огне
Каждый правый, пока не на дне

Я не святой и не должен быть
Я учился падать, чтоб дальше жить
И если стал темой — значит, вышел за край
Значит, не просто так я ломаю их рай
Эй

Ой-да время быстро стирает имена
Будь вчера человек — сегодня тишина
Не могила страшна, а забытый след
Когда даже враг не вспомнит ответ

Так пускай судачат, пусть горят мала
Лучше в их словах, чем пустота жива
Я останусь эхом хоть в чужих устах
Пока обо мне пиздят — я ещё в мирах

Если вдруг замолкнут все голоса
И не дрогнет ни одна душа
Вот тогда поймёшь, где был предел
Где ты был живой и где сгорел

Пока пиздят — мы живые, пусть горят слова
Это значит, внутри ещё есть душа
Пока пиздят — не конец, не финал пути
Хуже, если забудут и не найти

Пусть уж так — через шум, через боль и яд
Чем исчезну тихо без следа назад
Пока про меня говорят — я есмь
И мне не нужна их мнимая честь

Ветры шепчут и носят голоса, правду крутят на словах, но судить не дано — у каждого своя правда. Путь идёт по пыльной дороге, за спиной шум и толчея, если имя тронуто злым языком — значит путь был не напрасен. Пока о ком-то говорят — это знак, сердце бьётся не просто так, не стёрли и не сожгли дотла, жизнь возьмёт своё. Когда наступает тишина — не зовут и не ждут, там не слышно ни души, ни любви. Лучше ветер унесёт след, чем бесследное исчезновение. Они не знают соли, им бы носить чужую жизнь на языке. Каждый судья и правый, пока сам не в огне и не на дне. Не святой, учился падать, чтобы жить дальше, и если стал темой — значит вышел за край. Время стирает имена, страшен не могила, а забытый след, когда даже враг не вспомнит. Пусть судачат и горят, лучше шум, чем пустота. Пока говорят — ещё существует в мирах. Если замолкнут голоса и не дрогнет ни одна душа — тогда поймётся предел. Пока говорят — не конец, хуже, если забудут. Пусть через шум и боль, лишь бы не исчезнуть тихо. Пока про него говорят — он есть, и ему не нужна чужая мнимая честь.