Слушать MAKOSH - Лети.mp3

Жизнь нам знакомая, как с чужого плеча.
Её вышили те, кто жил здесь до нас.
Нас учили терпеть и покорно молчать,
И огонь в этой клетке так быстро погас.

Но за рёбрами бьётся живая вода.
Этот панцирь не вскрыть, не добыть искры.
Мы заложники роли, что вы дали нам,
Где на цепи тяжёлый наш дух мирно спит.

Но я слышу сквозь шёпот природы мотив.
Он сильнее, чем страх оказаться одной.
Я ломаю оковы суставов разбитых —
Вместо пленника вступаю я в битву с собой.

Лети, душа,
Лети над горною рекой,
Над лесом, где царит покой,
Лети над полем, где горит закат.
Где пахнет волей и весной,
И свежесрезанной травой,
Лети туда, но не смотри назад.

Мы сидим в паутине упущенных дней.
Здесь грешники судят свет за грехи.
Социальные маски на лицах людей,
А под масками — пропасти, море тоски.

Моя кожа сегодня опасно тонка.
Я не просто история, взятая в долг.
Я умер, я сильна, я свет, я река,
Что нашла среди выжженных судеб исток.

Пусть история скроется в пыльных томах,
Я свою напишу на полотнах ветров.
Страх развеется пеплом, белый наш страх,
Я снимаю замки с этих душных оков.

Лети, душа,
Лети над горною рекой,
Над лесом, где царит покой,
Лети над полем, где горит закат.
Где пахнет волей и весной,
И свежесрезанной травой,
Лети туда, но не смотри назад.

Лети над горною рекой,
Над лесом, где царит покой,
Лети над полем, где горит закат.
Где пахнет волей и весной,
И свежесрезанной травой,
Лети туда, но не смотри назад.

Жизнь воспринимается как чужая, вышитая предыдущими поколениями, учившими терпеть и молчать. За рёбрами бьётся живая вода, но панцирь не вскрыть, а дух спит на цепи. Сквозь шёпот природы слышен мотив сильнее страха, ломаются оковы, начинается битва с собой. Призыв лететь душой над горной рекой, лесом и полем заката, где пахнет волей и весной, не оглядываясь назад. Социальные маски скрывают пропасти тоски, а кожа опасно тонка. Она не история в долг, а свет и река, нашедшая исток среди выжженных судеб. Страх развеется пеплом, замки с душных оков сняты.