Слушать Дюма - Улечу из зоны в даль.mp3

Серый потолок давит на виски,  
В камере глоток — будто из реки.  
Шрамами исписан каждый мой рассвет —  
Здесь у каждого свой немой ответ.  

Числа на стене — как приговор,  
К ним тяну свой тихий разговор  
С ветром, что в решётке мне поёт  
Про того, кто всё-таки уйдёт.  

Улечу из зоны в даль —  
Через снег и через сталь,  
Через крики и печаль —  
Улечу из зоны в даль.  

Разорву колючий шрам,  
Не отдам себя врагам.  
По венам — чёрный январь,  
Но уйду из зоны в даль.  

Матерей глаза по проводам  
Гаснут, как огни по поездам.  
Телефон дрожит — но тишина,  
Только сердце бьётся до утра.  

Сделал вид, что каменный внутри,  
Но не камень — пламя там горит.  
Гложет то, что поздно понял сам:  
Жизнь одна — а стены по краям.  

Улечу из зоны в даль —  
Через снег и через сталь,  
Через крики и печаль —  
Улечу из зоны в даль.  

Разорву колючий шрам,  
Не отдам себя врагам.  
По венам — чёрный январь,  
Но уйду из зоны в даль.  

Если суждено — доживу до зари,  
Где меня не ждут — но хотя бы внутри  
Выжгу этот страх, как огнём металл,  
Чтобы тот пацан всё-таки встал.  

Улечу из зоны в даль —  
Через снег и через сталь,  
Через крики и печаль —  
Улечу из зоны в даль.  

Разорву колючий шрам  
И вернусь к своим местам,  
Где смеялся, где не врал —  
Тот, кто всё-таки сбежал.  

Пронзительная исповедь человека за решёткой, где серый потолок давит, а шрамы исписали каждый рассвет. Числа на стене становятся приговором, а тихие разговоры с ветром — единственной связью с внешним миром. Глаза матерей гаснут по проводам, но внутри горит пламя, а не камень. Он клянётся улететь из зоны вдаль, разорвать шрамы и вернуться к местам, где смеялся и не врал, чтобы тот пацан всё-таки встал. В конечном счёте, это гимн воли, надежды и готовности выжить вопреки стенам и чёрному январю.