Слушать SHAQINA - Одержима, мама.mp3

Им одержима, мама, и сердце вечно пьяно,
Душа с ним загуляла, а голова туманна.
Как дым кальяна, мама, его поцелуи сладки,
И с ним мне нипочём любые осадки.

Она — музыка моя, а я — её дирижёр.
Каждую ночь с ней ставлю на повтор.
Ревёт мотор, и мы уходим в точку —
Эйфория от неё, от её губ сочных.
Я лётчик, она — моё чистое небо,
В любое время наберёт — я приеду.
По её следу пойду за ней до конца —
Расцветай в моих руках, красавица.

Им одержима, мама, и сердце вечно пьяно,
Душа с ним загуляла, а голова туманна.
Как дым кальяна, мама, его поцелуи сладки,
И с ним мне нипочём любые осадки.

Им одержима, мама, и сердце вечно пьяно,
Душа с ним загуляла, а голова туманна.
Как дым кальяна, мама, его поцелуи сладки,
И с ним мне нипочём любые осадки.

Я опять на заре довезу тебя до дома,
Не успели попрощаться, но хотим ещё мы
Повторить эту ночь, где беззаботными были.
С нею счастлив очень — она дарит крылья.

Им одержима, мама, и сердце вечно пьяно,
Душа с ним загуляла, а голова туманна.
Как дым кальяна, мама, его поцелуи сладки,
И с ним мне нипочём любые осадки.

Им одержима, мама, и сердце вечно пьяно,
Душа с ним загуляла, а голова туманна.
Как дым кальяна, мама, его поцелуи сладки,
И с ним мне нипочём любые осадки.

Состояние одержимости сравнивается с опьянением сердца и души, где голова остаётся туманной, а поцелуи сладки, как дым кальяна. Музыка и дирижёрство становятся метафорой отношений, где каждую ночь повторяется одно и то же, а эйфория от близости не угасает. Лётчик и чистое небо создают образ свободы и готовности прийти по первому зову. Утро и расставание не означают конца, потому что есть желание повторить ночь беззаботности и счастья. Одержимость оказывается не разрушительной, а окрыляющей, когда с этим человеком нипочём любые осадки.